Тропические леса

Великие португальские открытия приходятся на период правления в Португалии выдающегося человека, при котором эта сравнительно маленькая страна достигла большого расцвета, а Лиссабон превратился в крупнейший в Европе перевалочный пункт. В результате Венеция, эта «царица итальянских городов», была низвергнута со своего трона, а Средиземное море лишилось былого торгово-политического значения. Португальская столица снабжала перцем, корицей, гвоздикой, мускатными орехами, имбирем и многим другим всю Европу. Немецкие торговые дома Фуггеров, Вельзеров, Хиршфогелей и Имхофов, разбогатевшие на комиссионной торговле с Северной Европой, вынуждены были также перестроиться и содержать постоянные торговые представительства в Лиссабоне.
Португалия, бывшая во времена Римской империи ее провинцией Лузитанией, в период переселения народов находившаяся под господством германских племен алеманов и вестготов, с VIII века была захвачена мусульманами-арабами и до XII века разделяла судьбу Испании. Постоянно вынужденная обороняться на 3 фронтах - защищать свои земли от арабов, свой политический суверенитет от Испании и государственную самостоятельность от посягательств церкви,- она около 1500 г. стала мировой державой. Португальское государство смогло сохранить за собой это положение лишь в течение 150 лет, после чего энергия португальского народа оказалась иссякшей, а страна полностью попала, особенно со времени Метуэнского договора 1703 г., в сферу влияния английской экономики и политики.
Прозвище «Мореплаватель» король Генрих получил по недоразумению, поскольку он не принимал участия ни в одной из морских экспедиций. Генрих был четвертым сыном короля Жуана I, которому удалось окончательно избавить страну от владычества мавров и отвоевать обратно столицу Лиссабон. Генрих родился в 1394 г. в Опорто. В возрасте 21 года при осаде мавританской морской крепости Сеута он обнаружил такие способности, что отец прямо на поле боя посвятил его в рыцари. В 1420 г. он становится гроссмейстером ордена Христа, созданного (в духе времени) для борьбы с неверными арабами.
На этом посту он показал себя незаурядным политиком. Правда, вопрос о том, намеревался ли Генрих найти путь в Индию, остается открытым. Возможно, он рассматривал это мероприятие как один из своих планов на будущее. В настоящем же, считал король, следует добиваться достижения ближайших целей с тем, чтобы от них перейти к дальним.

Пленников доставили в Сан-Фернандо, полагая, что по суше мать не найдет обратной дороги на родину. Будучи разлучена со своими остальными детьми, сопровождавшими в день ее похищения отца, женщина впала в глубокое отчаяние. Она неоднократно пыталась бежать вместе с детьми, но каждый раз ее схватывали индейцы. Однажды, после очередной жестокой расправы за побег, миссионер решил разлучить ее и с детьми, захваченными вместе с ней.
Ее связали, посадили в лодку и повезли вверх по Атабапо, по направлению к миссиям на Риу-Негру. Хотя ей и ничего не сказали об ожидающей ее участи, она сама догадалась по направлению солнца, что ее увозят все дальше от ее родного дома. Освободившись от связывавших ее пут, она бросилась в реку и поплыла к левому берегу Атабапо. Течение отнесло ее на скалистую отмель, и поныне носящую ее имя. Она вышла на берег и бросилась в лес. Глава миссии приказал догнать ее. Вечером того же дня она была доставлена назад, положена на скалу и беспощадно высечена ремнем из кожи, которыми всегда пользуются алькальды. После этого несчастную женщину с завязанными на спине руками доставили в миссию Жавиты.
Ее заперли в караван-сарай, которые здесь носят незнание Casas del Rey («королевские дома»). Стоял дождливый период, ночи были очень темные. Между Жавитой и Сан-Фернандо раскинулись леса, считавшиеся непроходимыми. Единственным путем считались реки. Еще никогда ни один человек не осмеливался пройти здесь из одной деревни в другую по суше, даже если их разделяли всего лишь две мили. Однако такие трудности не могли остановить мать, разлученную со своими детьми. Ее дети находились в Сан-Фернандо на Атабапо, она должна была освободить их из рук христиан во что бы то ни стало и вернуться с ними к своему мужу. Пленницу охраняли в караван-сарае небрежно, и индейцы из Жавиты тайком от миссионера ослабили путы на ее окровавленных руках. Однажды ночью, развязав зубами веревки, она вновь бежала. На четвертый день она появилась в Сан-Фернандо возле хижины, где были заперты ее дети. «То, что совершила эта женщина,- говорил нам миссионер, поведавший эту печальную историю,- не решился бы сделать и самый сильный индеец». Она прошла через леса в тот период года, когда небо постоянно бывает покрыто тучами, а солнце появляется всего лишь на несколько минут за весь день. Быть может, она ориентировалась по течению воды? Мало вероятно, так как при разливе приходится держаться обычно подальше от речных берегов, в глубине леса, где не видно вообще никакой воды. Как часто, видимо, задерживали ее преграды из колючих лиан! Как часто ей приходилось переплывать через ручьи, впадавшие в Атабапо!

Однако, был ли это, действительно, каучук? Гофману предложили подвергнуть его продукт экспертизе нейтральных лиц. Не без дрожи и волнения Гофман отправился в Ганновер к одному из виднейших специалистов того времени по каучуку д-ру Герлаху, чтобы узнать его мнение. После тщательной проверки Герлах дал благоприятное заключение. «Вы на верном пути,- заявил он.- Ваш синтетический продукт имеет большое сходство с каучуком, добываемым в районе Конго. Правда, это не самый полноценный сорт, но все же каучук».
Хотя детище Фрица Гофмана и было настоящим каучуком, в последующее время пришлось приложить еще очень много усилий, чтобы создать из него новое технически полноценное сырье. Борьба за буну была настоящей «Тридцатилетней войной» .
В шарообразной форме Земли уже больше никто не сомневался. Испанцы, отправляясь с Иберийского полуострова, бороздили просторы океана в западном направлении, португальцы - в южном, а затем в восточном. Два соперника разными путями искали одну и ту же цель. Их столкновение было неизбежным. Однако опасность войны между ними, если и не была устранена вполне, то во всяком случае временно отодвинута благодаря вмешательству папы Александра VI. В Тордесильясском договоре 1494 г. и Сарагосском 1529 г. оба конкурента пришли к соглашению о мирном разделе как уже известного, так и еще hl открытого мира. Вокруг земного шара была проведена демаркационная линия, проходившая в 370 легуа (1 легуа того времени = 5,572 км) западнее Азорских островов, т. е. по 46 меридиану западной долготы. После того, как был открыт Тихий океан, эта линия действительно опоясала весь земной шар. С открытием новых земель на них либо поднимался флаг, либо ставился каменный столб, а иногда завоеватели ограничивались просто вырезанием государственного герба на наиболее заметных деревьях. Для туземцев эти знаки означали, что отныне все их права на землю аннулируются, свобода уничтожается, а сопротивление будет рассматриваться как неповиновение, мятеж и жестоко караться. За государственным и светским захватом территорий тотчас последовал и церковный. Это право было специально выговорено папой. Трон и алтарь всегда стояли рядом.

Достигнув французского берега, Уикгэм покинул корабль, и в поезде через Париж помчался к Ла-Маншу. На той стороне канала его уже ждал специально приготовленный поезд. Когда тюки, наконец, были вскрыты, обнаружилось, что большая часть каучуковых семян сгнила, почернела, испортилась. Остаток семян с соблюдением величайшей осторожности был высажен в грунт оранжереи Ботанического сада, им были созданы условия тропической среды! После этого начались томительные ожидания плодов многолетних усилий. Вскоре из земли появились первые зеленые ростки, их становилось все больше и больше - Уикгэм торжествовал. Но молодые растеньица сотнями гибли от таинственных болезней. Для выяснения причин почва, вода, воздух были подвергнуты самому тщательному исследованию. В результате около тысячи растений все же выжило, выросло и превратилось в настоящие, добротные каучуковые деревца. С ними Уикгэм отправился на британский Цейлон, где были заложены первые плантации. Число деревьев постоянно росло, их стволы крепли год от года и становились все выше.
И, наконец, наступил долгожданный момент: в коре деревьев были сделаны надрезы и первый сок - каучуковое «молоко» - потек в резервуары. В 1907 г. на мировом рынке впервые появился плантационный каучук, правда в количестве всего лишь 6000 т, что составляло ничтожно малую долю мирового производства. Но и этого было достаточно, чтобы вызвать тревогу хозяев «дикого каучука». В 1914 г. англичане добывали уже 71 000 т, в 1920 г.-317 000, в 1929 г.-850 000 т. В 1936 г. бразильцы давали всего лишь 1/50 часть мировой добычи каучука, Южноамериканской каучуковой монополии пришел конец, взамен ее утвердилась британская монополия.
Эти изменения не могли не сказаться и на ценах. Цена ни одного товара в мире не подвергалась, пожалуй, таким колебаниям, как цена каучука. Уже бразильцы требовали за натуральный дикий каучук немалые деньги. Когда на рынке впервые появился каучук с английских плантаций, цена каучука вначале катастрофически упала. Однако мир испытывал теперь ненасытную жажду каучука, и вскоре спрос далеко превзошел предложение. Цены вновь достигли прежнего уровня и продолжали круто ползти вверх, владельцы плантаций, биржевые дельцы и торговцы получали огромные барыши. Отдельные английские каучуковые компании выплачивали перед первой мировой войной дивиденды в размере 375%. Весь мир в то время зависел в потреблении каучука от англичан. 4/5 мирового производства приходилось на их долю. Огромные английские капиталы были вложены и в голландские плантации в Индонезии. Каучук приносил англичанам невиданные прибыли, укреплял их экономическую и политическую мощь.

Мне совершенно непонятно, как можно в условиях острой нехватки рабочей силы за малейший проступок калечить человека. Это господство страха насаждается, видимо, сознательно, чтобы выбить из индейцев даже мысль о мятеже.
Я заметил, что среди туземцев каучуковых районов совершенно отсутствуют старые мужчины и женщины. По слухам, их просто убивают без всякого снисхождения, чтобы избавиться от бесполезных для белых голодных ртов. Во время моих поездок по Амазонке, Игара-Паране и Путумайо я неоднократно видел то тут, то там неизвестно за что повешенных на деревьях вниз головами женщин и детей.
Никакой медицинской помощи туземцам не оказывается. Мне самому приходилось видеть, как избитых плетью туземцев оставляли лежать на солнце, пока их раны не разъедали черви.
Особенно мрачную главу всей этой истории представляет торговля рабами, ведущаяся в более или менее завуалированной форме по всему верховью Амазонки. В Икитосе, например, рабы мужского и женского пола продаются по 100-200 долларов за человека. У каждого из управляющих секциями есть свой гарем из индейских девушек, некоторым из них нет еще и 10 лет...»
К семейству молочайных ботаники отнесли ряд растений совершенно различного внешнего вида. При повреждении какой-либо части такого растения из него вытекает белый сок, называемый за свое внешнее сходство с молоком животных млечным соком. С помощью микроскопа удалось установить, что он содержит маленькие комочки каучука, благодаря которым он имеет вязкую структуру и быстро сгущается. Ранки таких растений тотчас же покрываются своего рода коростой, препятствующей проникновению спор разрушающе действующих грибков-паразитов. В Центральной Европе чаще всего встречаются садовые, солнечные и кипарисовые молочаи, известные как назойливые сорняки .
В тропических лесах Южной Америки произрастает несколько древесных пород из семейства молочайных, чей млечный сок содержит гораздо больше каучука, нежели европейские растения того же семейства. Наиболее богат каучуком латекс, сок гевеи. Сбор каучука сам по себе очень прост. В коре ствола делаются надрезы, из которых выступает сок, собираемый в сосуды. После этого сок сгущается в дыму над костром. Делается это так: доски или формы из сырой глины обмазывают соком гевеи и держат над костром, пока под действием дыма сок не затвердеет; затем добавляют сока и снова сгущают его в дыму; постепенно образуется толстый слой каучука, после чего доску или форму удаляют. Если надрезы не многочисленны, коротки и сделаны на небольшую глубину, они могут вновь зарубцеваться, а дерево вскоре вновь может быть использовано для тех же целей.

Насколько верны гири, об этом знает один лишь надсмотрщик. Так или иначе, за недовес индейцу придется жестоко поплатиться. Содрогаясь, он уже ощущает на своей спине ожоги от ударов - знаков Амарко. Амарко - это фамилия, как и всякая другая, но здесь это имя дьявола.
Много лет тому назад, в 1889 г., Хулио Амарко, один из «бродяг с Амазонки», приплыл в индейском каноэ на Путумайо. Три года спустя он основал в Икитосе фирму «Амарко и Ко», а спустя еще десять лет уже вел в Лондоне переговоры с английскими аристократами о предоставлении ему займа в один миллион фунтов. Он обещает «производить» ежегодно 800 000 кг каучука, а каждый килограмм стоит один английский фунт. Да, это неплохое дельце. Щепетильную совесть англичан Амарко успокаивает заверением, что он берет всецело на себя заботу о душевном и физическом состоянии своих 50 000 индейцев.
Сеньору Амарко великолепно известно безмолвие бескрайных просторов девственного леса. Из 50 000 индейцев в живых осталось всего лишь 8000.
В то время существовали десятки каучуковых компаний, подобных «Амарко и Ко», и все эти компании были похожи одна на другую, как яйца одной курицы. Сохранился документ, показывающий всю жестокость эксплуатации человеческого труда при добыче каучука. Так как посланный в Амазонию инспектор сам был представителем каучуковых компаний, которому было поручено выяснить на месте причину снижения качества каучука, его никак нельзя заподозрить в умышленном сгущении в этом документе черных красок из соображений конкуренции.
Отчет инспектора, выдержанный в строгом деловом тоне и чуждый всякого пафоса, звучит как потрясающее обвинение. Поэтому мы приведем ряд мест из него: «После ознакомления с методами добычи на Амазонке, в частности в округе Лорето, я уже больше не удивляюсь, почему качество амазонского каучука в последнее время постоянно падает. Хозяева каучуковых компаний совершенно не беспокоятся о методах добычи. Они перепоручили это дело своим управляющим секциями, которых на Путумайо два.

Для своего произрастания оно требует равномерной высокой температуры от 24 до 28°С и высокой влажности почвы и воздуха. В районах произрастания какаового дерева равномерно выпадающие осадки составляют 1500-2000 мм в год. Прямой корень, проникающий в почву на глубину примерно до одного метра,- плохо переносит наличие застойной грунтовой воды. Пагубно отражаются на дереве в молодом возрасте сильное солнечное облучение и ветер. Наиболее благоприятны для возделывания культуры какаового дерева участки, расположенные на умеренной высоте, не превышающей 600 м.
В диком виде дерево достигает высоты 15 м. На плантациях его высота поддерживается на уровне 5-8 м путем регулярных подрезок, дабы не затруднялся сбор урожая. Диаметр ствола редко превышает 20 см. Овальные листья на коротких стеблях достигают в длину около 30 см. Мелкие белые цветочки развиваются пучками на крупных ветвях и на стволе. Они возникают из так называемых спящих глазков, образовавшихся за несколько лет до этого в пазухах давно опавших листьев. Период созревания плода длится от 4 до 8 месяцев. Хотя дерево цветет и плодоносит в течение всего года, различают два урожая в году: главный и второй. Первые плоды дерево приносит на 4-5-й год после посадки. Достигая максимального плодоношения между 10 и 20 годами, дерево сохраняет плодоносность до 40 лет и дольше.
Плоды, достигающие около 20 см длины и весящие до полукилограмма, напоминают внешним видом огурцы. Под мясистой оболочкой плода расположены в пять рядов от 25 до 50 плоских семян длиной от 2 до 3 см каждое, называемых бобами за свою форму. Собранные плоды должны быть не позднее следующего дня вскрыты, а бобы должны быть отделены от мякоти плода. В результате последующего брожения какао теряет терпкий и горький привкус и приобретает свой приятный аромат и коричневую окраску. После этого бобы сушатся, сортируются, упаковываются и отсылаются на шоколадные фабрики стран-потребителей.
Какаовые бобы содержат горький теобромин, дубильные вещества, жиры, крахмал и белки, от соотношения которых существенно зависят питательная ценность и аромат какао. В шоколадной промышленности различают два главных сорта: благородное какао, или криолло, очень требовательное к климату и почве произрастания, и более урожайное потребительское какао, или форастеро.

Кокосовые волокна оболочки плода, называемые кой-рой, служат для изготовления очень прочных циновок, грубых тканей, щеток, канатов и веревок. Твердые скорлупки орехов служат в тропиках сосудами для питья; из них изготовляют также ложки, кубки и даже украшения. На некоторых коралловых островах кокосовое молоко является единственным известным напитком. Мякоть кокосового ореха напоминает по вкусу лесной орех и в свежем виде является ценным питательным продуктом.
Кокосовую мякоть употребляют и в кондитерском деле (кокосовые хлопья). Для этого свежую мякоть плода мелко нарезают и быстро засушивают. Начиная с 1867 г. очень часто прибегают к предварительной сушке мякоти плода, дабы предотвратить ее порчу при перевозке. Полученный таким образом продукт поступает в продажу под названием копры. Дальнейшая обработка копры, содержащей до 70% масла, происходит обычно в странах-потребителях. Масло копры перерабатывается в маргарин, столовые жиры (пальмин, кокосовое масло) или применяется при изготовлении мыла и стеарина. И даже отжимки, кокосовые жмыхи, представляют ценный корм для скота.
Родиной масличной пальмы бесспорно является Западная Африка. Первоначально масличная пальма была распространена только в пределах африканского тропического пояса по краям вечнозеленых дождевых лесов и девственных лесов по берегам рек. Сам девственный лес мало подходил для нее. Если она ныне встречается в центре Африки, особенно в области Конго, и распространилась даже дальше на восток, то это следует отнести за счет непосредственного или косвенного влияния человека. В Америку она, видимо, была завезена уже в историческое время, в период торговли рабами, поскольку область ее распространения там в точности совпадает с теми районами, где раньше всего началась эксплуатация африканских рабов. В последнее время ее стали культивировать и в Индонезии: на Яве, Суматре, Борнео.
На плантациях масличная пальма достигает 10-15 м высоты, в непроходимых джунглях, стремясь к свету, она вырастает и до 30 м. Средний диаметр ствола достигает 20-30 см, крона состоит примерно из 25 листьев, имеющих от трех до семи метров в длину и до одного метра в ширину. Плоды созревают после периода дождей; если в году два периода дождей, дважды происходит и плодоношение. Масличная пальма начинает плодоносить с четвертого года жизни, достигая максимальной плодоносности к 15 годам. После 70 лет ее плодоносность падает. Чтобы урожай был равномерным, требуется не менее 1500 мм годовых осадков и средняя годовая температура не ниже 23° С.

Поджаренные или вареные клубни батата являются великолепным кушаньем. Молодые побеги батата во многих местах приготовляются как шпинат или салат. Другие корнеплоды зоны тропического девственного леса далеко уступают по значению маниоку и батату. В питании туземного населения известную роль играют и такие культуры, как ямс, таро, маранта, чистец клубневой, такка, топинамбур, земляной орех, голубой лотос.
По единодушному свидетельству всех путешественников по тропикам, кокосовая пальма является одним из самых красивых растений. На стройном лишенном ветвей колоннообразном стволе, достигающем высоты 25 и более метров, покоится крона, состоящая из 20-30 мощных перистых листьев. Сравнительно тонкий ствол пальмы, диаметр которого на высоте полутора метров над землей составляет всего лишь 30 см, противостоит натиску сильнейших тропических ураганов; под их ударами он гнется, как тростник, а ее четырехметровые листья, разрезанные на отдельные секции, легко переносят сокрушительные порывы ветра. Из пазухи листа пробивается соцветие, достигающее метра в длину. Первые плоды пальма приносит в семи-восьмилетнем возрасте. Полное плодоношение - от пятидесяти до ста орехов в год - начинается с пятнадцатилетнего возраста и продолжается до шестидесяти лет. В возрасте 80-100 лет пальма отмирает. Так как вегетационный период длится в течение всего года, одна и та же пальма зачастую одновременно и цветет и плодоносит. Кокосовый орех достигает своей полной величины спустя 250 дней после цветения, а полной зрелости - после 450 дней.
Кокосовый орех - косточковый плод. Подобно вишне, он состоит из трех слоев: из тонкого кожевидного покрытого восковым налетом внешнего покрова, сухого волокнистого и твердого как камень «ядра», содержащего семя кокоса. Кокосовое семя состоит из белой мякоти, окруженной млечным соком,- кокосовым молоком, и крошечного зародыша, использующего в качестве первых строительных веществ питательную мякоть ядра. Кокосовая пальма - ярко выраженное светолюбивое растение, нуждающееся для своего плодоношения в средней годовой температуре не ниже 22° С.

Немалую роль в распространении животных и растений сыграла деятельность человека, как сознательная, так и невольная. Подорожник, называемый американскими индейцами «дорожным следом белого человека», канадская элодея, занесенная к нам в середине прошлого века из Северной Америки и ставшая кое-где даже помехой для речного судоходства, филлоксера и колорадский жук, занесенные также из Америки и требующие тщательных мероприятий по защите виноградников и картофельных полей,- таковы некоторые примеры невольного распространения человеком растений и насекомых. С тех пор как самые отдаленные страны благодаря торговым и иным связям включились в общемировой оборот невиданных доселе масштабов, сознательный обмен растениями и животными происходит повсеместно.
Однако не всегда вмешательство человека в дела природы вело к положительным для человека результатам. Достаточно вспомнить о заполонивших всю Австралию кроликах, превратившихся в ее настоящий бич, и о все более распространяющейся в Центральной Европе ондатре. Но сознательный обмен культурными растениями всегда приносил пользу человеку. По мере освоения африканского и американского континентов такого рода обмен прежде всего установился именно между этими частями света. Главными воротами для этого обмена, постоянно менявшего свое направление, на американской стороне служили Бразилия и Вест-Индия, на африканской - Верхняя и Нижняя Гвинея.
Если учесть, что в отношении культуры сельскохозяйственного производства негры, которым было знакомо мотыжное земледелие, превосходили индейцев, а также и то, что африканцы прибывали в Америку, а не наоборот, можно было бы предположить, что из Африки в Америку было завезено больше культурных растений, нежели из Америки в Африку. На самом деле все обстоит иначе.
В списке, составленном Георгом Швайнфуртом, перечислены 32 культурных растения, завезенных из Африки в Америку, и 81 растение, проделавшее противоположный путь. При этом растения, завезенные из Америки, превосходят ввезенные туда не только по количеству, но и по качеству, по значимости.