Тропические леса

Великие португальские открытия приходятся на период правления в Португалии выдающегося человека, при котором эта сравнительно маленькая страна достигла большого расцвета, а Лиссабон превратился в крупнейший в Европе перевалочный пункт. В результате Венеция, эта «царица итальянских городов», была низвергнута со своего трона, а Средиземное море лишилось былого торгово-политического значения. Португальская столица снабжала перцем, корицей, гвоздикой, мускатными орехами, имбирем и многим другим всю Европу. Немецкие торговые дома Фуггеров, Вельзеров, Хиршфогелей и Имхофов, разбогатевшие на комиссионной торговле с Северной Европой, вынуждены были также перестроиться и содержать постоянные торговые представительства в Лиссабоне.
Португалия, бывшая во времена Римской империи ее провинцией Лузитанией, в период переселения народов находившаяся под господством германских племен алеманов и вестготов, с VIII века была захвачена мусульманами-арабами и до XII века разделяла судьбу Испании. Постоянно вынужденная обороняться на 3 фронтах - защищать свои земли от арабов, свой политический суверенитет от Испании и государственную самостоятельность от посягательств церкви,- она около 1500 г. стала мировой державой. Португальское государство смогло сохранить за собой это положение лишь в течение 150 лет, после чего энергия португальского народа оказалась иссякшей, а страна полностью попала, особенно со времени Метуэнского договора 1703 г., в сферу влияния английской экономики и политики.
Прозвище «Мореплаватель» король Генрих получил по недоразумению, поскольку он не принимал участия ни в одной из морских экспедиций. Генрих был четвертым сыном короля Жуана I, которому удалось окончательно избавить страну от владычества мавров и отвоевать обратно столицу Лиссабон. Генрих родился в 1394 г. в Опорто. В возрасте 21 года при осаде мавританской морской крепости Сеута он обнаружил такие способности, что отец прямо на поле боя посвятил его в рыцари. В 1420 г. он становится гроссмейстером ордена Христа, созданного (в духе времени) для борьбы с неверными арабами.
На этом посту он показал себя незаурядным политиком. Правда, вопрос о том, намеревался ли Генрих найти путь в Индию, остается открытым. Возможно, он рассматривал это мероприятие как один из своих планов на будущее. В настоящем же, считал король, следует добиваться достижения ближайших целей с тем, чтобы от них перейти к дальним.

Будучи не в состоянии добыть иную пищу, она вынуждена была в течение четырех дней питаться большими черными муравьями, называемыми «вачакос», которые длинными цепочками карабкаются по стволам деревьев, чтобы подвесить к ним свои смоляные гнезда.
Мы спросили миссионера, предоставили ли бедной женщине возможность мирно жить вместе со своими детьми, раскаялись ли, наконец, ее мучители. Он, однако, не счел нужным удовлетворить наше любопытство. На обратном пути мы узнали, что бедную индианку, даже не дав ей возможности залечить свои раны, вновь разлучили с детьми и отправили в дальнюю миссию на верхнем Ориноко. Там она отказалась принимать пищу, как это делают индейцы в большом горе, и умерла.
По весьма вероятной гипотезе, весь американский континент был заселен с севера одной, более или менее однородной расой, индейцами
Во время многочисленных переселений в самых разнообразных направлениях отдельные группы уничтожались, дробились или вытесняли друг друга. Этот процесс представлял своего рода «красное переселение народов» в отличие от европейского. Процесс дробления и рассеивания зашел у них так далёко, что даже ныне, испытав на себе испано-португальское культурное влияние, они продолжают насчитывать еще до 80 самостоятельных языковых групп.
Ярким доказательством влияния окружающей среды на человека может служить сравнение культурного развития индейцев в Андах и в бассейне Амазонки. И тут, и там речь идет о представителях одной и той же расы. Одних переселение занесло в район Анд, где они смогли создать высокую культуру, другие застряли в непроходимых лесных дебрях, застыв на очень низкой ступени культурного развития. В первом случае окружающая среда оказала положительное влияние на культурное развитие человека, во втором - отрицательное. Подобная картина наблюдается и в бассейне Конго.
В лесной тропической зоне между Андами и Атлантикой различают три большие группы народов, распадающиеся в свою очередь на многочисленные племена. В верховьях левых и правых притоков Амазонки проживают племена араваков. Как правило, они почти совсем или совсем лишены одежды и живут за счет рыбной ловли и охоты; в качестве оружия употребляют луки, стрелометательные трубки и маленькие отравленные стрелы; жилищами им служат простые шалаши, которые они обычно сооружают в лесу или по берегам рек; некоторые племена возделывают на небольших участках маниок, кукурузу, табак, хлопок и бананы, другие не без некоторого искусства занимаются гончарным делом, изготовлением плетеных изделий и ткачеством. Численность их от соприкосновения с европейцами постоянно убывает.

После 1736 г. прошло еще целое столетие, прежде чем в Европе научились как-то использовать каучук. Его мировое производство составило в 1850 г. около 1500 т. В течение последующих 60 лет оно возросло до 100 000 т. В 1934 г. производство впервые составило 1 000 000 т.
Это было поистине триумфальное шествие. Если бы сейчас мир вдруг лишился всего каучука, это привело бы к весьма плачевным последствиям. Из-за отсутствия изолирующих материалов оказалась бы парализованной вся электропромышленность: громкоговорители замолкли бы, телефонные разговоры оборвались на полуслове, жилища и улицы погрузились бы во тьму; на 8/10 прекратилось бы и движение транспорта, потому что и машины и велосипеды нуждаются в шинах; из ежедневного обихода человека разом бы исчезли такие необходимые предметы как галоши, резиновые плащи, резиновые перчатки для врачей, соски для младенцев, мячи, шары и многое, многое другое. Бесспорно, что это не остановило бы технического прогресса и в конце концов было бы найдено иное решение этой проблемы. Однако это никак не умаляет того огромного значения, которое ныне приобрел каучук.
Отдельные этапы триумфального шествия каучука напоминают главы интересного романа. Уже индейцы умели пользоваться тремя важнейшими свойствами каучука: его эластичностью, водонепроницаемостью и способностью принимать любую форму. Правда, сырой каучук имел и некоторые неприятные недостатки: изделия из него быстро изнашивались, при нагревании становились клейкими, а при охлаждении хрупкими. Так как в то время засохшее каучуковое «молоко» не могли обращать вновь в жидкое состояние, его непосредственную обработку приходилось производить прямо на месте добычи.
В 1761 г. удалось, наконец, разложить твердый каучук на скипидар и эфир. Однако изготовляемые из каучука предметы (трубочки, зонды и тому подобное для медицинских и физических целей) страдали той же непрочностью, что и изделия индейцев.

Мне совершенно непонятно, как можно в условиях острой нехватки рабочей силы за малейший проступок калечить человека. Это господство страха насаждается, видимо, сознательно, чтобы выбить из индейцев даже мысль о мятеже.
Я заметил, что среди туземцев каучуковых районов совершенно отсутствуют старые мужчины и женщины. По слухам, их просто убивают без всякого снисхождения, чтобы избавиться от бесполезных для белых голодных ртов. Во время моих поездок по Амазонке, Игара-Паране и Путумайо я неоднократно видел то тут, то там неизвестно за что повешенных на деревьях вниз головами женщин и детей.
Никакой медицинской помощи туземцам не оказывается. Мне самому приходилось видеть, как избитых плетью туземцев оставляли лежать на солнце, пока их раны не разъедали черви.
Особенно мрачную главу всей этой истории представляет торговля рабами, ведущаяся в более или менее завуалированной форме по всему верховью Амазонки. В Икитосе, например, рабы мужского и женского пола продаются по 100-200 долларов за человека. У каждого из управляющих секциями есть свой гарем из индейских девушек, некоторым из них нет еще и 10 лет...»
К семейству молочайных ботаники отнесли ряд растений совершенно различного внешнего вида. При повреждении какой-либо части такого растения из него вытекает белый сок, называемый за свое внешнее сходство с молоком животных млечным соком. С помощью микроскопа удалось установить, что он содержит маленькие комочки каучука, благодаря которым он имеет вязкую структуру и быстро сгущается. Ранки таких растений тотчас же покрываются своего рода коростой, препятствующей проникновению спор разрушающе действующих грибков-паразитов. В Центральной Европе чаще всего встречаются садовые, солнечные и кипарисовые молочаи, известные как назойливые сорняки .
В тропических лесах Южной Америки произрастает несколько древесных пород из семейства молочайных, чей млечный сок содержит гораздо больше каучука, нежели европейские растения того же семейства. Наиболее богат каучуком латекс, сок гевеи. Сбор каучука сам по себе очень прост. В коре ствола делаются надрезы, из которых выступает сок, собираемый в сосуды. После этого сок сгущается в дыму над костром. Делается это так: доски или формы из сырой глины обмазывают соком гевеи и держат над костром, пока под действием дыма сок не затвердеет; затем добавляют сока и снова сгущают его в дыму; постепенно образуется толстый слой каучука, после чего доску или форму удаляют. Если надрезы не многочисленны, коротки и сделаны на небольшую глубину, они могут вновь зарубцеваться, а дерево вскоре вновь может быть использовано для тех же целей.

На заводах сердцевина отжимается под прессом. Добытый таким образом желтоватый сок, содержащий до 20% тростникового сахара, перерабатывается затем в кристаллический сахар. Остающаяся после этого сахаристая патока, так называемая меласса, перегоняется путем брожения в ром.
Крупнейшим конкурентом тростникового сахара является свекловичный. Производители тростникового сахара в течение долгого времени пытались убедить потребителей в том, что единственно настоящим сахаром является их, тростниковый сахар, в то время как сахар из «кормовой свеклы» представляет всего лишь неполноценный суррогат, выращиваемый в умеренной зоне. Исследования химиков убедительно доказали, однако, полную равноценность обоих видов сахара.
С уничтожением монополии тропиков в производстве подобных пищевых продуктов империалистические обладатели тропических колоний лишились важного средства давления на другие народы. История сахарнотростниковых плантаций, как и плантаций других культур, показывает сколь пагубно капиталистическая система монокультур отражается па местном населении. Убедиться в этом мы имели возможность уже на примере кофейных плантаций.
В задачу настоящей книги не входит полное и подробное описание всех продуктов тропического происхождения. Ее цель скромнее - рассказать лишь о самых главных из них. Во всяком случае, следует упомянуть еще об одном важном сырьевом продукте, роль которого в мировом хозяйстве столь сильно выросла, что ему в книге отводится отдельная глава. Речь идет о каучуке.
Одна арроба соответствует пятнадцати, пять арроб -семидесяти пяти килограммам.
На притоке Амазонки Путумайо, в районе, где сходятся границы Бразилии, Колумбии, Эквадора и Перу, в непроходимой глуши девственного леса стоят весы и рядом с ними гири.
За стрелкой весов следят три пары человеческих глаз: одна со страхом - индейца, другая почти безразлично - надсмотрщика, третья свирепо - человека с плеткой. Вытянет тюк положенные 5 арроб или нет?

Кураре, искусство приготовления которого у нас передается от отца к сыну, лучше чем все, что вы там у себя за океаном умеете делать. Это всего лишь сок растения, убивающий совершенно бесшумно (неизвестно даже, откуда раздается выстрел)! Химическая процедура приготовления яда, которой старый индеец придавал столь большое значение, нам показалась очень простой...»
Если наиболее вероятной родиной использовавшегося еще в древности клещевинного куста следует считать Северо-восточную Африку, то совершенно очевидно, что наилучшие условия для произрастания этого растения существуют в тропиках, а наибольшие урожаи оно дает во влажно-теплых районах. На границах областей своего распространения клещевина представляет собой кустарникового типа поросль, достигающую двух метров в высоту. В субтропиках это уже кустарник, в тропиках дерево, достигающее 13 м в высоту. Его семена содержат, помимо масла, два сильно действующих на человека яда: рицин и рицинин. Уже 0,18 г этих веществ, для получения которых достаточно шести клещевинных семян (зерен), действуют смертельно, парализуя дыхательный центр и сосудо-двигательные центры. При внутривенной инъекции достаточно 1/100 доли этой дозы, чтобы убить человека. В дозах, прописываемых врачом, касторовое масло действует как общеизвестное слабительное средство.
Собираясь в дальнюю дорогу, не следует забывать совета одного бывалого путешественника: «Лучше забудь уложить в чемодан лакированные туфли, нежели хинин и касторку».
Тропический сахар
Родиной сахарного тростника является Бенгалия: нижнее и среднее течение Ганга и Брахмапутры. Ныне он культивируется повсеместно в тропиках и субтропиках, где имеются благоприятные климатические условия. В главных районах возделывания этой культуры средняя годовая температура колеблется от 23,5 до 26,8°С. Помимо равномерно высоких температур, сахарный тростник нуждается в высокой относительной влажности. Минимум годовых осадков, вполне заменяемых искусственным орошением, должен составлять от 1500 до 2000 мм. Такие условия существуют преимущественно в прибрежных районах и на островах.

Кокосовые волокна оболочки плода, называемые кой-рой, служат для изготовления очень прочных циновок, грубых тканей, щеток, канатов и веревок. Твердые скорлупки орехов служат в тропиках сосудами для питья; из них изготовляют также ложки, кубки и даже украшения. На некоторых коралловых островах кокосовое молоко является единственным известным напитком. Мякоть кокосового ореха напоминает по вкусу лесной орех и в свежем виде является ценным питательным продуктом.
Кокосовую мякоть употребляют и в кондитерском деле (кокосовые хлопья). Для этого свежую мякоть плода мелко нарезают и быстро засушивают. Начиная с 1867 г. очень часто прибегают к предварительной сушке мякоти плода, дабы предотвратить ее порчу при перевозке. Полученный таким образом продукт поступает в продажу под названием копры. Дальнейшая обработка копры, содержащей до 70% масла, происходит обычно в странах-потребителях. Масло копры перерабатывается в маргарин, столовые жиры (пальмин, кокосовое масло) или применяется при изготовлении мыла и стеарина. И даже отжимки, кокосовые жмыхи, представляют ценный корм для скота.
Родиной масличной пальмы бесспорно является Западная Африка. Первоначально масличная пальма была распространена только в пределах африканского тропического пояса по краям вечнозеленых дождевых лесов и девственных лесов по берегам рек. Сам девственный лес мало подходил для нее. Если она ныне встречается в центре Африки, особенно в области Конго, и распространилась даже дальше на восток, то это следует отнести за счет непосредственного или косвенного влияния человека. В Америку она, видимо, была завезена уже в историческое время, в период торговли рабами, поскольку область ее распространения там в точности совпадает с теми районами, где раньше всего началась эксплуатация африканских рабов. В последнее время ее стали культивировать и в Индонезии: на Яве, Суматре, Борнео.
На плантациях масличная пальма достигает 10-15 м высоты, в непроходимых джунглях, стремясь к свету, она вырастает и до 30 м. Средний диаметр ствола достигает 20-30 см, крона состоит примерно из 25 листьев, имеющих от трех до семи метров в длину и до одного метра в ширину. Плоды созревают после периода дождей; если в году два периода дождей, дважды происходит и плодоношение. Масличная пальма начинает плодоносить с четвертого года жизни, достигая максимальной плодоносности к 15 годам. После 70 лет ее плодоносность падает. Чтобы урожай был равномерным, требуется не менее 1500 мм годовых осадков и средняя годовая температура не ниже 23° С.

Немалую роль в распространении животных и растений сыграла деятельность человека, как сознательная, так и невольная. Подорожник, называемый американскими индейцами «дорожным следом белого человека», канадская элодея, занесенная к нам в середине прошлого века из Северной Америки и ставшая кое-где даже помехой для речного судоходства, филлоксера и колорадский жук, занесенные также из Америки и требующие тщательных мероприятий по защите виноградников и картофельных полей,- таковы некоторые примеры невольного распространения человеком растений и насекомых. С тех пор как самые отдаленные страны благодаря торговым и иным связям включились в общемировой оборот невиданных доселе масштабов, сознательный обмен растениями и животными происходит повсеместно.
Однако не всегда вмешательство человека в дела природы вело к положительным для человека результатам. Достаточно вспомнить о заполонивших всю Австралию кроликах, превратившихся в ее настоящий бич, и о все более распространяющейся в Центральной Европе ондатре. Но сознательный обмен культурными растениями всегда приносил пользу человеку. По мере освоения африканского и американского континентов такого рода обмен прежде всего установился именно между этими частями света. Главными воротами для этого обмена, постоянно менявшего свое направление, на американской стороне служили Бразилия и Вест-Индия, на африканской - Верхняя и Нижняя Гвинея.
Если учесть, что в отношении культуры сельскохозяйственного производства негры, которым было знакомо мотыжное земледелие, превосходили индейцев, а также и то, что африканцы прибывали в Америку, а не наоборот, можно было бы предположить, что из Африки в Америку было завезено больше культурных растений, нежели из Америки в Африку. На самом деле все обстоит иначе.
В списке, составленном Георгом Швайнфуртом, перечислены 32 культурных растения, завезенных из Африки в Америку, и 81 растение, проделавшее противоположный путь. При этом растения, завезенные из Америки, превосходят ввезенные туда не только по количеству, но и по качеству, по значимости.

Зоологи считают южноамериканские леса главным районом распространения цепкохвостых млекопитающих, откладывающих яйца лягушек, светящихся жуков (встречаются и светящиеся дождевые черви) и бабочек самых ярких расцветок. Млекопитающие, особенно в затопляемых районах, живут преимущественно на деревьях; живущие на земле тапиры, пекари и водяные свиньи умеют плавать. Широконосые обезьяны Нового Света (ночные и лисьехвостые обезьяны, капуцины и мертвые головы, шерстистые, паукообразные, цепкохвостые и обезьяны-ревуны) живут исключительно на деревьях. Вампиры, эти летучие мыши-кровососы, действуют на фантазию не только туземцев. Своеобразным представителем млекопитающих является ленивец, способный целые дни напролет «безустали» висеть на ветке дерева спиной к земле. Электрический угорь своими ударами может оглушить даже человека.
Своеобразной ботанической диковинкой является американская озерная «роза» виктория-регия, крупнейший чудо-цветок этого леса. Ее щитообразные плоские листья имеют загнутые края высотой в пять сантиметров и достигают в диаметре у старых экземпляров до двух метров. Плавая по воде, эти листья способны выдержать на себе шестилетнего ребенка. Между листьями находятся цветочные бутоны, распускающиеся лишь на две ночи и два вечера, наполняя воздух дурманящим ароматом. В первый вечер цветы имеют белую окраску (в середине - красновато-розовую), во второй - переливаются всеми оттенками от малиново-красного до темнопурпурного цвета.
При содействии человека и без его участия
Любому живому существу свойственно стремление к размножению и распространению. Это в одинаковой степени относится к человеку, животным и растениям.
Распространение некоторых видов ограничилось определенным районом или типом ландшафта, к условиям существования которых они приспособились. Другие виды, напротив, встречаются повсеместно на всем земном шаре. Из животных к ним относятся: домашняя мышь, комнатная муха, бродячая крыса; из растений: крапива, черная ночная фиалка, пастушья сумка и другие.
Как правило, их распространение происходит естественным путем: либо путем передвижения самих организмов, либо посредством ветров, морских и речных течений, либо благодаря климатическим и геологическим изменениям. Птицы переносят в своем кишечнике ядра семян, не переваренных ими и не утративших всхожести. К оперению водяных птиц пристают яички раков, икринки рыб. Паразиты путешествуют вместе со своими хозяевами.

Здесь трудно удержаться и не рассказать еще об одном приключении Гумбольдта - о его встрече с ягуаром, которую он столь интересно описывает: «Около полудня мы остановились в необитаемом местечке Алгодонале. Пока мои спутники втаскивали наше судно на берег и готовили обед, я пошел по берегу с намерением понаблюдать за группой крокодилов, которые спали на солнце, положив свои усеянные широкими пластинами хвосты друг на друга. Маленькие белоснежные цапли бегали у них по спинам и даже взбирались на головы, как будто бы это были стволы деревьев. Крокодилы были голубовато-зеленого цвета и слегка покрыты слоем засохшего ила. По их неподвижному виду и цвету крокодилов можно было принять за бронзовые фигуры.
Моя прогулка чуть было не кончилась плачевно. Всецело поглощенный до этого тем, что происходит на реке, я, поднимая с земли кусочки слюды, вдруг обнаружил на песчаном берегу свежие следы ягуара, которые так легко распознать по форме и величине. Следы вели к лесу. Я взглянул в этом направлении и примерно в 80 шагах от себя увидел ягуара, лежащего в тени цейбы (хлопчатого дерева). Никогда еще ягуар не казался мне таким огромным.
В жизни бывают случаи, когда напрасно призываешь на помощь рассудок. Несмотря на весь свой испуг, я все же сохранил достаточно самообладания, чтобы следовать правилам поведения, рекомендованным нам индейцами для подобных случаев. Я продолжал путь, стараясь не бежать и не размахивать руками. Заметив, что внимание ягуара было всецело поглощено стадом водяных свиней, переплывавших в этот момент реку, я повернул назад и сделал крюк по направлению к берегу. Чем дальше я уходил от ягуара, тем быстрее я шагал. Как часто меня подмывало желание обернуться и удостовериться в отсутствии погони! К счастью, я не скоро поддался этому искушению. Ягуар остался спокойно лежать на месте.
Эти огромные кошки с пятнистой шкурой обычно столь обеспечены пищей благодаря обилию водяных свиней, пекари и оленей, что они редко нападают на человека. Тяжело дыша, я, наконец, добрался до судна и рассказал индейцам о моем приключении. На них это, видимо, не произвело большого впечатления. Зарядив наши ружья, мы отправились по направлению к дереву, где лежал ягуар. Однако там его уже не было. Преследовать его в лесу было небезопасно, поскольку для этого пришлось бы либо рассеяться, либо итти цепочкой через перевитые лианами заросли».
О бассейне Амазонки можно было бы рассказать еще массу всяких интересных вещей, о которых мы здесь лишь вкратце упомянем.